Тёмный коридор, никто не чувствует ни малейшей ответственности. Мы с группой Лакримоза находимся прямо на Ruhr-Rock-Hallen в Дортмунде, где сегодня вечером (17.12.96) состоится фестиваль «Dark Winter Nights», в котором примут участие группы Dreams of Sanity, Depressive Age, Sentenced, the Gathering и Lacrimosa. Где-то на заднем плане слышен голос недовольного звукорежиссёра, затем снова проверка звука. Только спустя некоторое время мы натыкаемся на дверь с надписью «Lacrimosa – гардеробная комната» — ну вот, сразу бы так. За дверью раздаются тихие голоса. Вдруг как гром среди ясного неба из многочисленных коридоров появляется Крис (Flying Dolphin Promotion).

Сначала нам видна только тень, затем мы узнаём его самого. Это он — он настойчиво рекомендовал мне провести это интервью. Нет, для этого ему не пришлось меня бить. Я был готов взяться за Анне с Тило и засыпать их прямыми вопросами на грани приличия. Но пока до этого ещё не дошло, в конце концов, кроме нашего, проходят и другие интервью, в кинозале было что попить и мы немного побеседовали о его (Криса) собственной группе Grave Digger и прошедшем турне по Японии…

Изначально из-за большого количества запланированных интервью нам было отведено всего полчаса. Но, как выяснилось позже, этого времени оказалось недостаточно. Мы зашли в комнату, протяжённую, с несколькими зеркалами на стенах, и везде стояли сладости. Тило и Анне немного замкнуто, но вежливо, приветствуют нас и приглашают за круглый стол в конце комнаты.

Расскажи нам, пожалуйста, как всё было до начала Лакримозы. Ты интересовался музыкой, начинал как сольный музыкант, выпускал демо-записи, основал лейбл Hall of Sermon…

ТИЛО ВОЛЬФ: Да, всё было следующим образом… С тех пор как я более или менее научился писать, я всегда выражал свои мысли и чувства на бумаге, сочинял короткие истории и со временем начал писать настоящие тексты. В 1989 появилась идея, добавить к текстам музыку. Я поехал в студию и там впервые озвучил небольшой отрывок.

Мне это настолько понравилось, что я сказал себе: «Теперь я сделаю запись». Благодаря положительному отклику на запись позже появилась первая пластинка. Естественно, теперь я уже не мог остановиться. Я основал Hall of Sermon, потому что никто не стал бы выпускать мои пластинки так, как бы мне этого хотелось. Я осведомлялся об этом у некоторых лейблов, но из их предложений было ясно, что моя творческая свобода была бы ограничена. А это именно то, на что у меня не было никакого желания.

Как много демо-записей уже было перед первой пластинкой «Angst»?

ТИЛО ВОЛЬФ: Только одна.

И эти записи можно увидеть в «Angst»?

ТИЛО ВОЛЬФ: Из демо там «Seele in Not» и «Requiem». «Requiem» записан в «Angst» один к одному, «Seele in Not» немного разнится с первоначальной версией. Разница невелика, но она есть!

Продолжает ли сейчас «Hall of Sermon» кто-то другой? Мне кажется, у тебя достаточно забот со своим проектом!? Раньше я лучше поддерживал контакт с твоей группой, хотя я больше не помню, с кем я там переписывался. Я только помню, что мне всегда безумно нравилась ваша почтовая бумага… (Анне не может сдержать улыбки…)

ТИЛО ВОЛЬФ: Да, у нас есть различные сотрудники, но всё как и прежде находится под нашим контролем.

Как тебе кажется, для начинающих групп сейчас скорее проще или сложнее найти подходящий лейбл?

ТИЛО ВОЛЬФ: Сложнее! Рынок полностью переполнен, а публика становится только привередливее и ленивее. Люди больше не ходят на концерты, не покупают пластинки. Все лейблы сейчас как переполненная чаша, они просто не могут принять больше групп.

Это тоже обусловило то, что ты передал свой выигрыш в Zillo трём начинающим группам?

ТИЛО ВОЛЬФ: Да, точно. (Тило подавился своим леденцом) Извините…Господи, теперь мне снова нужно начинать издалека…Нет, попытаюсь сократить. Дело в том, что на многих хороших музыкантов приходится слишком мало лейблов, поэтому они лишены возможности, когда-нибудь что-либо опубликовать. Отсюда появилась мысль, инвестировать выигранные деньги и тем самым дать шанс другим группам. Если бы мне в то время предложили что-то подобное, я был бы бесконечно счастлив. Кроме того, мне хотелось бы избавить эти три группы от тех неприятностей, которые были у меня.

Тебя удивило то, что «именно» ты выиграл приз в Zillo?

ТИЛО ВОЛЬФ: Вообще, я был, естественно, удивлён, потому что в тот самый день, когда нам по телефону сообщили, что мы выиграли приз, мы вообще впервые узнали о его существовании. Они позвонили нам и объяснили, в чём там дело, и тогда я уже удивился. Естественно, каждый полученный приз не может не радовать, это понятно. Но в целом едва ли можно ответить, заслужена ли эта награда на самом деле, так как всегда играют роль различные обстоятельства. Но, я думаю, то, что мы отдали наш выигрыш, хоть и не вернули его назад, а инвестировали, тоже о чём-то говорит.

Вернёмся к музыке… Первым вышел «Angst», из-за этого альбома я лично заинтересовался вами, и это CD по-прежнему нравится мне больше остальных. Он не совсем идеален, не похож на другие, да и просто менее профессионален. Потом появился «Einsamkeit». (К Анне) а когда присоединилась ты?

АННЕ НУРМИ: На макси «Schakal».

Вы уже были знакомы до этого, общались во время существования Two Witches?

ТИЛО ВОЛЬФ: Собственно говоря, нет. Мы познакомились только во время тура «Satura», где во вступительной программе играли Two Witches. Мы сразу заметили, что находимся на одной волне. (Анне улыбается Тило…) В течение нескольких дней мне уже было ясно, что если кто-то и присоединится к моему сольному проекту Lacrimosa, это может быть только она. Я же никогда не планировал расширять проект. Все приглашённые музыканты, которые выступали вместе со мной, не принимали участия во всём процессе разработки. Да, это было довольно спонтанное решение.

Вы разделяете работу, дополняете друг друга, занимаетесь всем вместе, или каждый корпит над своим, а потом вы всё соединяете?

ТИЛО ВОЛЬФ: Это скорее можно назвать дополнением. Дополнением в том смысле, что каждый занимается своими вещами, позже мы всё соединяем и вместе разрабатываем. Из-за того, что я аранжирую и выпускаю пластинки, совершенно ясно, что мне нужно пройтись по всему, что она написала. Некоторые вещи мы писали вместе. Но мы на самом деле не сговариваемся друг с другом и уж во всяком случае не в том, что касается текстов.

Тило Вольф Анне Нурми Лакримоза (Снова к Анне) Так ты тоже пишешь тексты?

АННЕ НУРМИ: Да, точно.

Назад к туру Satura…Ты уже знала о Lacrimosa раньше?

АННЕ НУРМИ: Нет…(смеётся) к сожалению.

Так это была любовь с первого взгляда?

АННЕ НУРМИ: Да…

Только музыкальной природы?

АННЕ НУРМИ: Нет, не только (и широко улыбается мне и Тило) (все ухмыляются…)

К тому времени, когда присоединилась Анне, не стал ли ты тогда более высокопарным? Можно заметить некоторый перелом.

ТИЛО ВОЛЬФ: В конце концов, перелом наступает после каждой пластинки.

Это понятно, и наибольший перелом был от «Angst» к «Einsamkeit». «Angst» была существенно более минималистичной, и во всём, что вышло позже, заметно гораздо больше вложенных денег.

ТИЛО ВОЛЬФ: Хмм, сложно сказать. Просто это так развивалось. То, что альбом получился таким высокопарным, зависит от аранжировки и производства. И это тот момент, который со времени «Inferno» я воспринял немного серьёзнее, чем раньше. Каждая пластинка — следующая ступень этой лестницы и ни одна не звучит так, как прежняя. К тому же тогда у меня было меньше опыта как у производителя. Это также причина того, почему многие люди говорят и думают: «Шаг от «Satura» к «Inferno» просто огромен!». На самом деле из всех пластинок «Inferno» ближе всего к «Angst», если её правильно осветить. «Angst» идёт параллельно с ней.

При мысли о высокопарности мне сразу приходит в голову «Copycat», она звучит довольно резко. Что оказало влияние на эту песню?

ТИЛО ВОЛЬФ: Эта та песня, которая… которая мне приснилась! Я её не сочинял, а проснулся как-то утром и у меня в голове уже были басы и гитара. Всё просто, я тогда даже не задумывался, могло ли это кого-нибудь беспокоить, потому что это должно было звучать именно так. После, когда всё было готово, мы уже осознавали, что некоторым это не понравится.

Кстати говоря, именно «Copycat» на удивление хорошо воспринимается в клубах и старыми фанатами.

ТИЛО ВОЛЬФ: Правда? Отлично…

Сейчас вы выступаете в рамках метал-концерта…

ТИЛО ВОЛЬФ: Да, просто «метал» — это не совсем верно. Это всё группы, которые берут своё начало в готике и без готик-рока их бы не существовало, по крайней мере не в таком виде. Но так как готик-рока из 80-х всё равно больше нет, я вижу дальнейшее развитие в таких группах, как Type O Negative, Paradise Lost и т.д… Это группы, которые начинали в области металла, но, попав под сильное влияние готики, сумели превосходно их соединить. Нам повезло, что мы в то же самое время делаем что-то похожее, но с другой стороны, то есть из готики. И вот мы — единственная готик-метал группа сегодня вечером. Мне жаль, что многие готы спокойно слушают Type O Negative, но возникают проблемы, когда Lacrimosa становится жёстче, Lacrimosa не должна этого делать…они же готы.

Это не совсем так… Многие на дискотеках спрашивают «Copycat».

ТИЛО ВОЛЬФ: Это прекрасно, но наверняка это просто исключение. К примеру, на вчерашнем концерте публика была полностью увлечена, однако потом послышались одиночные голоса, которые звучали довольно испуганно. Многие люди хотят слышать со сцены то, что уже знакомо им с пластинки, но это же просто безумие! Тогда музыка уже больше не живёт; она должна быть заново изобретена на сцене, и каждый вечер песни звучат по-разному. Это также немного зависит от взаимодействия с публикой.

И как же будет выглядеть новый альбом? Предварительный макси получился очень спокойным. Вы сыграете сегодня и новые песни?

ТИЛО ВОЛЬФ: Да, мы представим несколько новых песен. Пластинка должна выйти в марте, но у неё до сих пор нет названия. Так что нам самим пока любопытно… Так как же будет выглядеть эта пластинка? Сложно сказать… Каждая пластинка — это как ступенька лестницы, и если пропустить одну ступеньку в середине, то пропуск сразу почувствуется. Так получилось, что последняя песня предыдущей пластинки как будто продолжается в последующей. Таким образом, сразу заметно развитие. Однако сейчас мне кажется, что это вовсе не лестница, а скорее круг. Старые вещи заново обрабатываются с нового угла зрения, конечно же, с учётом новых влияний. И это снова будет огромный шаг от «Inferno».

Кстати о влияниях, как создаются ваши песни? Сначала пишутся тексты, а затем музыка?

ТИЛО ВОЛЬФ: Первым всегда появляется текст. Мы пишем тексты, но не для того, чтобы сделать песню, а просто чтобы выразить наши мысли на бумаге. И только 20% всего написанного будет действительно использовано для Lacrimosa. По большей части получается так, что как только я заканчиваю текст, сразу же приступаю к пианино и так создаю песню. Но случается также, что я пишу тексты, целый год откладываю их и только потом снова достаю. Иногда я только тогда понимаю мои собственные тексты. Поэтому тексты — это фундамент, зашифрованные ноты.

Так ты по-прежнему можешь отождествлять себя со старыми записями, например, с «Angst»?

ТИЛО ВОЛЬФ: Я в любом случае могу отождествить себя с ними, ведь Lacrimosa – это часть меня самого. Эти записи были и остаются важными для меня. Я по-прежнему придерживаюсь этого мнения, но те пластинки сегодня звучали бы абсолютно по-другому, если бы я снова их записывал. Тогда я был не особо проницателен и смотрел на свои темы только с одной стороны.

Я не хочу приписывать вам стандартную схему. Существует ли определённый образ действия, определённое душевное состояние, чтобы писать тексты?

ТИЛО ВОЛЬФ: По-разному бывает. Иногда случается так, что мы вместе посмотрели один и тот же фильм (мы оба — огромные любители кино, но без какого-то определённого жанра), и потом у нас зарождаются схожие мысли. Так же получается, когда мы слушаем музыку, или в других различных ситуациях, например, в поезде… Чаще всего у нас всегда с собой листок и карандаш, чтобы зафиксировать мысли.

Кстати, вам известно, какое влияние оказывают ваши тексты на определённых людей, в частности на матерей?

ТИЛО ВОЛЬФ: Ты ставишь очень принципиальный вопрос. До какой степени творец ответственен за то, что он делает? Существуют творцы, которые говорят: Сделайте то, сделайте это. Я думаю, что-то подобное опасно, потому что ни один человек не имеет права что-то предписывать другому. Никто не знает, что на самом деле истинно, а что ложно. Взять хотя бы те же хоррор-фильмы.

Я не говорил про хорроры… Теперь ты сбился с темы.

ТИЛО ВОЛЬФ: Не важно, но никакой создатель хоррора не может быть привлечён к ответственности, если что-то где-то случилось. Получается, этим ты отрицаешь интеллект каждого человека.

Lacrimosa никогда не указывает, что делать, не становится политичной, мы выражаем исключительно наши чувства. Lacrimosa – это как развлекательный фильм, она может развлечь, но может и глубоко тронуть, вдохновить, помочь избавиться от агрессии. Искусство никогда не должно делать предписания, пытаться кем-то командовать. Часто мы черпаем вдохновение в искусстве, в других группах и т.д. Это сильно на нас влияет.

Тило Вольф Лакримоза Tilo Wolff Lacrimosa 1996 Inferno

Только через тексты ты уже отпугиваешь некоторых людей. Взять, к примеру, «Diener einer Geistes».

ТИЛО ВОЛЬФ: Как я уже сказал, старые тексты иногда останавливаются там, где кажется, что надежды больше нет. «Stolzes Herz» очень хорошо это выражает: нужно учиться на собственных ошибках и становиться сильнее. Не стоит отрицать тёмную сторону в человеке, иначе это всё накапливается и однажды может взорваться.

Только не стоит предаваться жалости к самому себе. Это нормально, когда приходится самому подниматься на ноги. Многим тексты кажутся провокационными, это понятно, но причина в том, что они не знают язык и не могут воспринимать тексты правильно из-за клише.

Ещё о вашей музыке… Ваши фанаты просили вас сделать отдельный тур. Когда же до этого дойдёт?

ТИЛО ВОЛЬФ: В марте будет тур с новым CD.

А что же с Live-CD?

ТИЛО ВОЛЬФ: Да, он должен был выйти после «Inferno», но между тем мы написали так много новых песен, что он снова был отложен.

Кстати, почему «Copycat» никогда не появлялась как макси? Она же была заявлена еще в «Hall of Sermon» каталоге в 95-м.

ТИЛО ВОЛЬФ: Она тоже должна была быть выпущена, но мы всё время это отодвигали. Она так и не появилась! Она нам просто не очень нравилась и, к тому же, это была бы уже вторая выдержка из «Inferno». Мы этого не хотели, это оставляло бы неправильное послевкусие.

Ладно, удачи вам с выступлением.

ТИЛО ВОЛЬФ и АННЕ НУРМИ: Спасибо и большой привет читателям Entry.

На этом моменте мы хотим поблагодарить Анне и Тило из Лакримозы, а так же Криса Б. (Flying Dolphin Promotion)

ДАННЫЕ

 1996, Entry Magazin
Перевод — Ольга Хороших специально для LacriWelt Russia

ОРИГИНАЛ

ЧИТАТЬ НА НЕМЕЦКОМ

This page is also available in: Английский

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована

X